Что такое "закон Игаля Амира"?

Закон Игаля Амира запрещает Комиссии по досрочному освобождению заключенных в Министерстве юстиции рекомендовать президенту сократить срок заключения тому, кто осужден за убийство премьер-министра, или помиловать его, как то принято по отношению ко всем заключенным. отбывающим пожизненное заключение. Закон был принят на фоне опросов общественного мнения, показавших, что значительная часть израильской общественности поддерживает досрочное освобождение Амира.

Персональный и ретроактивный «закон Игаля Амира» противоречит израильской юридической практике и базисным нормам законодательства демократических стран. Будущий президент Израиля, Реувен Ривлин, сказал: «Я голосовал [за этот закон] вопреки моей профессиональной совести»

Игаль Амир приговорен к пожизненному заключению. С какой стати его освобождать?

В соответствии с общепринятой в Израиле юридической практикой заключенные, приговоренные к пожизненному заключению, рано или поздно выходят на свободу: президент сокращает им срок, по рекомендации специальной комиссии при Министерстве юстиции.  Исключением является Игаль Амир: в 2001 г. Кнессет принял особый закон, действие которого ретроактивно распространяется на одного-единственного человека в стране: на Игаля Амира. Закон запрещает комиссии при Министерстве юстиции рекомендовать помиловать того, кто убил премьер-министра по идеологическим соображениям. Персональный и ретроактивный «закон Игаля Амира» противоречит основополагающим нормам законодательства западных стран; проголосовавший за него член Кнессета Реувен Ривлин (ныне президент Израиля) признался, что сделал это «вопреки своей профессиональной совести», из страха быть заподозренным в солидарности с убийством. Принцип равенства перед законом с учетом того обстоятельства, что условия заключения Амира, проведшего 24 года в одиночной камере и в изоляции несравненно тяжелее, чем у прочих заключенных, в том числе и отбывающих наказание по той же статье  -требует освободить Игаля Амира.

Амир должен быть наказан гораздо строже всех убийц и террористов. Ведь он не просто убил человека, он убил демократию!

У Игаля Амира не было ни малейшего шанса убить демократию, поскольку это сделали до него Рабин и его правительство. Руководство партии «Авода» попрало демократические нормы уже во время подготовки к выборам 1992 г. Согласно разоблачениям Абу Мазена в книге «Through Secret Channels: The Road to Oslo» во время предвыборной кампании Рабин лично руководил контактами с ООП (в то время находящейся вне закона) с тем, чтобы добиться вмешательства этой террористической организации в ход выборов, что ставит под сомнение юридическую и нравственную легитимность его победы. Расправа с демократией продолжилась после выборов, когда Рабин проводил в жизнь политику (соглашения Осло, согласие на передачу Сирии Голанских высот), в корне противоречащую его обещанием избирателям, несмотря на протесты, вызванные начавшимся кровопролитием. В период правления Рабина общественное мнение не имело ни малейшего влияния на курс правительства. О какой демократии может идти речь, когда соглашение Осло-2 было принято Кнессетом только потому, что Рабин подкупил членов Кнессета от правой партии «цомет», предоставив им посты министра и замминистра (один из них был впоследствии осужден за шпионаж в пользу Ирана)?! Следует отметить, что сам Амир говорил, что ни за что не пошел бы на такой шаг. если бы политика Рабина действительно являлась результатом народного волеизъявления, если бы СМИ и правительство не игнорировало инакомыслящую половину народа.

Говорят, что правительство Рабина теряло популярность и неминуемо проиграло бы выборы. Получается, что поступок Амира принес огромный вред правому лагерю.

Выборы должны были состояться в конце 1996 г. Правительство намеревалось прийти к выборам с новыми «достижениями», которые поставили бы Израиль на край пропасти, но принесли бы им аплодисменты международного сообщества и были бы единодушно поддержаны СМИ, которые восхваляли бы борцов за дело мира, клеймя их противников как фанатиков и разжигателей войны. Мы не раз убеждались, что промывка мозгов работает. Более того, правительство собиралось создать необратимую ситуацию. К примеру, невзирая на свои обещания избирателям, Рабин сообщил американцем о своей готовности отдать Сирии Голанские высоты. Он рассчитывал подписать мирное соглашение с Сирией, предусматривающее уступку Голан, еще до выборов. Продолжение отступления армии в Иудее и Самарии превратило бы поселения в изолированные островки, отданные на милость палестинской полиции. В октябре 1995 г. Йоси Бейлин, при помощи Рона Пондака и Яира Гиршфельда, которые ранее вели переговоры в Осло, вел тайные и интенсивные переговоры с Абу Мазеном о создании палестинского государства. Он намеревался добиться подписание основной рамки этого соглашения (по примеру подписания Осло-1) в мае 1996 г., задолго до выборов.  Таким образом, даже если правому лагерю удалось бы победить на выборах 1996 г., на повестке дня стояла бы реализация признанных всем миром договоров об отдаче Голан и создании палестинского государства (одного или обоих сразу) при крайне тяжелой ситуации в Иудее и Самарии…

Как можно утверждать, что не Амир убил Рабина? Вся страна видел, что он стрелял; к тому же, он признался.

Нет ни малейшего сомнения в том, что Игаль Амир стрелял в Рабина 04.11.95 на площади Царей Израилевых. Это запечатлено съемкой и подтверждено свидетелями. Амир  и сам сознался в том, что стрелял в главу правительства, и не отказывается от своих слов. Вместе с тем, у Амира не было ни малейшего представления о том, что случилось с Рабином после его выстрела: Амира повалили охранники, так что он уже не мог видеть, что происходило вокруг. Поскольку Амир знал, что стрелял в Рабина, когда ему стало известно о смерти премьер-министра, он естественным образом счел, что она наступила в результате его выстрелов. Так полагали и все граждане, видевшие кадры, заснятые Рони Кемплером. Вместе с тем, постепенно стали всплывать факты и обстоятельства, никак не укладывающиеся в официальную версию развития событий. К примеру, сам Амир рассказал комиссии Шамгара, что после первого выстрела он был поражен неподвижностью Рабина, однако следователь не придал этому значения. Согласно результатам баллистической экспертизы, Рабин был поражен выстрелом в упор, в то время как Амир – как то хорошо видно на кадрах Кемплера и подтверждается очевидцами — ни разу не приближался к нему столь близко. Эти и другие несоответствия между официальной версией и результатами анализов экспертов, которые не были известны Амиру во время следствия, показывают, что, не пули Амира привели к смерти Рабина. Следуют подчеркнуть, что многие данные, вызывающие серьезные сомнения на справедливость осуждения Амира в убийстве, не были рассмотрены судом, вынесшим ему обвинительный приговор.