Отмена закона Игаля Амира и его освобождение., Хроники текущих событий

Игаль Амир: комментарий к недельному разделу «Реэ»

בס»ד

«Смотри, я предлагаю вам ныне благословение и проклятие. Благословение, если послушаете заповедей Господа, Бога вашего, которые я заповедую вам сегодня. А проклятие, если не послушаете заповедей Господа, Бога вашего, и совратитесь  с пути, который Я заповедую вам сегодня, чтобы следовать божествам иным, которых вы не знаете. И будет, когда приведёт тебя Господь, Бог твой, в ту землю, в которую ты вступаешь, чтобы овладеть ею, то дашь благословение на горе Гризим, а проклятие на горе Эйвал. Они ведь за Иордном, по дороге к заходу солнца, в земле ханаанейца, обитающего в степи, против Гилгала, близ Элонэй Морэ.

На первый взгляд, эти несколько стихов больше связаны с разделом «Ки-таво», как будто взяты оттуда. В то разеле Моше сообщает народу: «Эти должны стоять, чтобы благословлять народ, на горе Гризим, когда перейдёте Иордан: Шимон, Леви, и Йеуда, и Иссахар, и Йосеф, и Биньямин. А эти должны стать для проклинания на горе Эйваль: Реувен,  Гад и Ашер, и Звулун,  Дан и Нафтали. И возгласят левиты, и скажут всем сынам Израиля громким голосом: «Проклят тот, кто сделает изваяние или литого кумира, мерзость перед Господом, изделие рук мастера, и поставит его в тайном месте». (Дварим, 27)

После этого приводится пример: одиннадцать нарушений различных заповедей. Большинство этих преступлений осталось скрыто от глаз всех, о них ведомо лишь Всевышнему. Для этого и нужно проклятие — чтобы человек, склонный к преступлению, остерегался его совершать, чтобы грешник не надеялся, что сумеет избежать наказания благодаря тому, что ему удалось сохранить свои грехи в тайне.

В конце этого списка прегрешений появляется общее проклятие: «Проклят, кто не осуществит слов закона сего исполнением их». И скажет весь народ: «Аминь».

Из этого обобщающего стиха становится ясно, что проклятие (как и благословение) следует за нашими поступками не только как результат конкретного нарушения — одного из тех, которые описаны в наших одиннадцати стихах. В большей мере они являются результатом нашего отношения к заповедям вообще. «Благословение, если послушаетесь заповедей Господа, Бога вашего… А проклятие, если не послушаетесь заповедей Господа, Бога вашего, и совратитесь с пути, который Я заповедую вам сегодня, чтобы следовать божествам иным».

Очевидно, что это проклятие для грешников, которые «совратились  с пути» и не слушают голоса Всевышнего, адресовано не тем, кто нарушил ту или иную частную заповедь, как может показаться при чтении «Ки таво». Таким образом, наш раздел, рассказывая о благословениях и проклятиях, не приводит тот перечень отдельных грехов, который содержится в разделе «Ки таво» В нем народ Израиля получает повеление: провозгласить общее благословение и общее проклятие с горы Гризим и горы Эйвал, при вступлении в страну Израиля.

Несмотря на конкретность перечня раздела «Ки таво»,  можно указать на параллель между ним и нашим разделом: последнее, «обобщающее» проклятие в «Ки таво»,параллельно тому, которое мы видим в разделе «Реэ», оно включает в себя  отношение ко всем заповедям: «Проклят, кто не осуществит слов закона сего исполнением его» (Ки таво). 

Моше, обращаясь к народу, прежде всего стремится передать то, без чего бессмысленно говорить о мелких частных заповедях, обращая особое внимание на заповеди общие: те, что касаются веры во Всевышнего и преданности Ему: декалог, «слушай, Израиль», трепет перед Всевышним,  запрет язычества. Эти законы закладывают фундамент для соблюдения более конкретных частных заповедей.

Так и в нашем разделе: перед тем, как перейти к изложению частных заповедей, Моше приводит общее повеление, которое народ должен выполнить немедленно по вступлении в страну Израиля: возвестить общее благословение с горы Гризим и общее проклятие с горы Эйвал. В отличие от этого, в разделе «Ки таво», находящегося посреди изложения частных заповедей, Моше сделает акцент на конкретных грехах и связанны с ними благословениями и проклятиями, в дополнение к тем общим благословениям и проклятиям, о которых говорится в нашем разделе.

Как мы уже объясняли, достаточно взять на себя соблюдение заповеди, и Всевышний благословит тебя, даже если она ещё не выполнена. Что же касается грехов, то кара следует лишь после того, как человек преступает заповедь в действительности. Это относится также и к общему благословению и проклятию, которые нужно произнести с горы Гризим и горы Эйвал. О том, что касается благословения, сказано: «Благословение, если послушаете заповедей Гопода, Бога нашего» — достаточно услышать и взять на себя выполнение заповедей, и Всевышний благословит тебя, как будто ты уже выполняешь их. О проклятии же сказано: «Если не послушаетесь Господа, Бога вашего, и совратитесь с пути». Для кары недостаточно того, что кто-то просто не слушает: пока он не совратился с пути и не начал начал служить языческим божествам — то есть, действительно сбросил с себя ярмо заповедей и стал нарушать все законы — не свершится над ним проклятие.

Моше говорит народу Израиля: уже сейчас я даю вам как благословение, так и проклятие. Уже сейчас выбор за вами, и решение в ваших руках: вы можете начать исполнять все заповеди Всевышнего, и это означает — всем сердцем пожелать их исполнения, принять на себя бремя заповедей — и получить в награду самое желанное благословение, важнее которого не может быть. Интересно, что при этом он не приводит никакого конкретного объяснения, в чём же состоит эта награда, это благословение. Помимо всех житейских благ, которыми одаривает Всевышний, человек получает также радость от самих поступков — от соблюдения заповедей. Потому что награда за заповедь — сама заповедь, сама возможность выполнять Его законы. 

А самая страшная кара — не слышать Его голоса. Как сказано у Ирмияу (2): «Зло твоё причиняет тебе страдание».  Грех, совершенный человеком, сам по себе служит источником его мучений. Это и есть его проклятие – неспособность возобладать над дурным началом и постоянное нарушение заповедей.

В сущности, в словах «Я даю вам…» сосредоточены все требования от еврейскому народа, вступающего в страну Израиля. Существует такое понятие — альтруистический эгоизм: умение использовать свои желания во благо другим, умение брать для себя, чтобы отдавать Всевышнему и другим людям. Например, еда — чтобы были силы служить Всевышнему; близость с женой — чтобы радовать её  и производить на свет детей, выполняя заповедь «плодитесь и размножайтесь»; обильные трапезы в субботу — чтобы наслаждаться святостью седьмого дня и сохранять приподнятое настроение. Так превращают вожделение в возможность отдавать — подобно тому, как праху земному в стране Израиля придают святость, выполняя законы, связанные с землёй: пожертвования, отделение десятой части от урожая, подарки бедным и первинки. В этом сущность любой заповеди из Торы — брать, чтобы давать.

Моше просит народ Израиля, чтобы благословения и проклятия, которые они получили сейчас, были произнесены на горах Гризим и Эйвал при вступлении в землю Израиля.

Подобно тому, как одна гора стоит против другой, а в долине между ними расположен город Шхем — так же следует противопоставить благословение и проклятие: одно против другого, так, чтобы между ними пролегла разделяющая их пропасть без всяких возможность связи между ними.

В разделе «Ки таво», рассказывая об этих же благословениях и проклятиях, Тора использует иные формулировки: «Эти должны стать, чтоб благословлять народ, на горе Гризим. А эти должны стать для проклинания на горе Эйвал». (А в нашей главе: «Дашь благословение на горе Гризим, а проклятие — на горе Эйвал»). Это объясняется тем, что один раздел посвящена частным благословениям и проклятиям, а другой даёт общий взгляд на ту же тему.

В этом месте нашего раздела Моше переходит к разъяснению частных заповедей.

«Ибо вы переходите Иордан… Соблюдайте же строго все уставы и законы… Вот уставы и законы, которые вам бережно исполнять в земле, которую дал Господь… тебе во владение ею во все дни, которые вы будете жить на этой земле. Совершенно уничтожьте все места, где народы, которых вы изгоняете, служили божествам своим, на горах высоких и на холмах, и под каждым зеленеющим деревом».

Именно в Израиле необходимо выполнять все эти заповеди, как мы уже объясняли в разделе «Ваэтханан». В особенности это касается необходимости уничтожить места, предназначенные для языческих культов. Эта заповедь касается только земли Израиля, её цель — оградить народ Израиля от язычества (поэтому сказано: «народы, которым вы наследуете». В этом случае важно уничтожить все центры языческих культов, но данная заповедь не распространяется на другие страны, потому что обычаи их жителей на имеют на нас такого влияния.

Указание Моше уничтожить очаги идолопоклонства на горах и зелёных холмах относится только к местам отправления культа, к зданиям, где были установлены статуи, но не к самим горам и холмам, хотя в некоторых языческих культах поклонялись горам как божеству (например, горе Хермон), но это не влечет за собой запрет посещать гору).

«И разрушьте жертвенники их, и разбейте столбы их, и ашейрим их сожгите огнём, и истребите имя их с места того. Кроме самих зданий, уничтожению подлежало всё, что находилось внутри них: жертвенники, сложенные из множества камней, нужно было раздробить на осколки; статуи — сделанные из одного сплошного камня, на который во время службц возливали оливковое масло — требовалось просто расколоть на две части. Ашерот — это деревья, предназначенные для службы богине Астарте, входящую в ханаанский пантеон в качестве жены Баала. Их следовало сжечь, так как они были сделаны  из дерева. Статуи, которым поклонялись в этих зданиях, просто разрубались на части.

«И истребите имя их с место того». Если место, в котором были статуи божков, звали их именем, это имя нужно было искоренить из памяти и дать месту новое название. 

«Не делайте подобного для Господа, Бога вашего. А только к месту, которое изберёт Господь, Бога ваш, из всех колен ваших, чтобы водворить там имя Своё, к тому обиталищу обращайтесь и туда приходите. И приносите туда всесожжения ваши, и жертвы ваши, и десятины ваши, и возношение руки вашей, и обеты ваши, и дары ваши, и первенцев крупного скота вашего и мелкого скота вашего. И ешьте там пред Господом, Богом вашим, и радуйтесь вы и семейства ваши, произведению руки вашей, которой благословил тебя Господь, Бог твой. Не должны вы делать того, что мы делаем здесь ныне, каждый, что кажется ему правильным. Ибо не вошли вы ещё ныне в мест покоя и в удел, который Господь, Бог твой, даёт тебе». 

Народы земли сами выбирают, где и как им служить своим богам, потому что всё определяется их желанием получить выгоду для себя. Они придумали себе богов, давая выход своим страстям и эгоистическим надеждам: дабы облегчить свое существование и избавиться от экзистенциальных страхов, положившись на высшие силы, ими же и вымышленные — такие, например, как бог дождя, богиня плодородия. Поэтому они выбирают места, куда им удобно добираться, и культы, отражающие их общественное устройство и культуру.

Народ Израиля представляет собой в данном случае полную противоположность. Всевышний выбрал его, дабы он стал Его народом. Господь Сам определяет, где и как Ему служить, и сыновья Израиля послушны Его воле. Они служат своему Богу не только ради обеспечения себя, не только для изобилия и процветания. Ему служат, потому что такова Его воля, потому что испытывают потребность отдавать, а не только брать, и чувствуют благодарность Ему за все милости, которые Он нам оказывал. 

Поэтому Всевышний говорит народу Израиля: «Не делайте подобного для Господа, Бога вашего». Не выбирайте себе места, чтоб служить Мне. Я выберу из всех колен место, где будет пребывать моя скиния (Шило, Гилгаль, Нов, Гивон и, в конце концов — Иерусалим). А вы будете приходить туда, чтоб приносить Мне жертвы. И не будет, как сейчас, в пустыне, каждый из вас делать то, что считает правильным, и есть мясо жертвенных животных в любом месте, даже за пределами стана: ведь в разделах «Ва-икра» и «Цав», посвящённым жертвоприношениям, не сказано о месте, где мясо можно есть, потому что ещё не пришли вы к месту своего покоя и своего надела.

А когда достигнете вы своего покоя и своего надела, будет у вас одно-единственное место, куда будете все приносить ваши десятины и ваши жертвы — скиния. А общественные денежные пожертвования: половина шекеля и все остальные, которые составляют общее понятие «возношение руки твоей»; а также обеты, и добровольные пожертвования, и первенцы из крупного и мелкого рогатого скота — их нужно будет отдать священникам. Священник должен будет принести всех животных, которых ты отдашь ему, в жертву в скинии и вкусить их мяса в любом месте, откуда видна скиния.  Так сможете вы выполнять заповедь радости восхождения к скинии — и вы сами, и ваши семьи, и все, кого благословил Всевышний.  

«Когда же перейдете  Иордан и поселитесь в земле, которою Господь, Бог ваш, наделяет вас, и успокоит Он вас от всех окружающих вас врагов и будете жить безопасно, тогда на место, которое изберет Господь, Бог ваш, дабы пребывало там имя Его, туда приносите все, что заповедую вам: всесожжения ваши и жертвы ваши, и возношения руки вашей, и все избранное по обетам вашим, что вы обещали Господу». Казалось бы, это повторение.  Ведь выше уже было сказано: «А только к месту, какое изберет Господь, Бог ваш из всех колен ваших, дабы водворить там имя Свое, к тому обиталищу Его обращайтесь и туда приходите…» Обратим внимание на то, что там сказано: «А только к месту, какое изберет Господь Бога ваш из всех колен ваших, дабы водворить там имя Свое… » А в нашем фрагменте говорится: «дабы пребывало там имя Его». Кроме того, здесь сказано: «Когда… успокоит Он вас от всех окружающих вас врагов и будете жить безопасно». Таким образом, речь здесь идет о времени по истечении четырнадцати лет после вступления в страну Израиля, после завершения завоевания земли и ее раздела между коленами. На протяжении первых четырнадцати лет ковчег находился в Гилгале, а народ преимущественно располагался вокруг и лишь воины отправлялись в походы в разные края страны.

В первые четырнадцать лет, когда народ Израиля жил поблизости от скинии. требование совершать жертвоприношения исключительно в скинии кажется естественным. Но когда колена получат свои удел земли, добираться до скинии будет на так-то просто. Тогда может возникнуть идея возвести жертвенники для жертвоприношений в разных частях страны. Поэтому Писание особо подчеркивает, что и в тот период жертвы можно будет приносить только в избранном для этого Господом месте. Туда – в скинию в Шило – народ будет трижды в год совершать паломничество семьями, отмечая там праздники и радуясь пред Господом, совершая при этом и заповедь помощи бедным: «И радуйтесь пред Господом, Богом вашим, вы, сыны ваши, и дочери ваши, и рабы ваши, и рабыни ваши, и левит, который во вратах ваших«. То, что здесь говорится именно о трех праздниках паломничества, видно из сказанного «все, что заповедую вам: всесожжения ваши и жертвы ваши, и десятины ваши…» в параллельном фрагменте выше отсутствует оборот «все, что заповедую вам», и это показывает, что там речь идет не о жертвах, которые заповедано приносить в праздники паломничества, а о возможности приносить жертвы по зову сердца (такие жертвоприношения следует также осуществлять исключительно в скинии, в Галгале). Заповедь совершения жертвоприношений в дни паломничества приобретает особое значение после того, как народ Израиля расселяется по земле обетованной, когда евреи уже не смогут каждый день приходить к скинии. В таком случае они обязаны это делать хотя бы три раза в год.

«Остерегайся, не приноси всесожжений твоих на всяком месте, которое ты увидишь, А только на месте, которое изберет Господь в одном из колен твоих, там возноси всесожжения твои, и там делай все, что я заповедую тебе. Но сколько угодно душе твоей можешь резать и есть мясо по благословению Господа, Бога твоего, которое Он дал тебе во всех вратах твоих; нечистый и чистый могут есть сие, как газель и как оленя. Только крови не ешьте; на землю выливайте ее, как воду». К тому, что сказано в недельном разделе «Ваикра» здесь добавляется еще запрет приносить жертву всесожжения вне скинии.

Речь здесь идет о ситуации уже после распределения наделов в Земле Израиля ( как сказано: «во всех вратах твоих» — в городах ваших по всей земле, а также: «в месте, которое изберет Господь в одном из колен твоих», — Скиния размещалась в Шило, в наделе колена Эфраим). В пустыне евреи не могли есть мясо просто так, когда они пожелают, им дозволялось только вкушать от мяса жертв. Это не было разрешено также на протяжении четырнадцати лет покорения Земли Израиля, когда скиния находилась в Гилгале, и весь народ был при ней. Теперь этот запрет снимается.

Поскольку это не мясо жертвоприношений, на него не распространяются специальные правила ритуальной чистоты, и единственный запрет при поедании мяса (кроме правил ритуального забоя) – на употребление в пищу крови животного. Кровью животных, приносимых в жертву, орошали жертвенник, кровь  скотины, которую зарезают только ради употребления в пищу, следует выливать на землю, не покрывая ее ничем ( в отличие от крови птиц и зверей, про которую сказано: «И всякий из сынов Израилевых и из пришельцев, живущих среди них, кто на ловле поймает зверя или птицу, которую можно есть, должен выпустить кровь ее и покрыть ее землею» (Ваикра, 17:13).

Как известно из традиции, животная душа связана с кровью. При жертвоприношении душа животного приближается к Богу, когда его кровью орошают жертвенник. Но когда животное зарезают для употребления в пищу, предписано возвратить душу вместе с кровью к ее источнику – в землю, — как сказано: «И сказал Бог: да произведет земля существа живые по роду их, и скот, и гадов, и зверей земных по роду их. И стало так» (Берешит, 1:24).

Запрет на употребление в пищу крови уже упоминался несколько раз, — так, сказано: «Никакого тука и никакой крови не ешьте» (Ваикра, 3:17),  — но прежде этот запрет распространялся только на кровь животных, приносимых в жертву, а также на кровь диких животных и птиц. Здесь впервые возникает ситуация забивания домашней скотины с целью употребления ее мяса в пищу, а не принесения ее в жертву, поэтому следует заново установить правила в отношении ее, в частности, запрет на поедание крови, поскольку она связана с душой.

 «Нельзя тебе есть во вратах твоих десятины хлеба твоего и вина твоего, и елея твоего, и первенцев крупного скота твоего и мелкого скота твоего, и всех обетов твоих, которые ты обещаешь, и даров твоих, и возношения руки твоей, А только пред Господом, Богом твоим, ешь это, на месте, которое изберет Господь, Бог твой, — ты и сын твой и дочь твоя, и раб твой, и раба твоя, и левит, который во вратах твоих; и радуйся пред Господом, Богом твоим, всему, произведенному рукою твоею. Остерегайся, не оставляй левита во все дни твои на земле твоей

Здесь начинается изложение заповедей, связанных с обработкой земли, отделением десятины и приношений, а также второй десятины, которую не отдают священникам и левитам, но израильтяне должны принести ее в место, указанное Всевышним, и съесть там. Это относится к периоду после четырнадцати лет завоевания, в течение которых весь народ, кроме воинов, пребывал у Гальгаля, а теперь рассеялся по всей земле, получив свои наделы, поэтому только теперь сказано про «все ворота», то есть, все города и поселения Земли Израиля.  ….Левиты не получили своего надела, и им не полагается вторая десятина и первинки плодов и скота (как священникам) ; все, что им достается, это только первая десятина, и поэтому возникает необходимость особой заботы  об их пропитании.

«Но старайся не есть крови, ибо кровь есть душа; не ешь же души вместе с мясом.Не ешь ее; на землю выливай ее, как воду. Не ешь ее, дабы было хорошо тебе и детям твоим после тебя, если будешь делать угодное пред очами Господа» (Почему здесь снова повторяется запрет есть кровь, какой дополнительный смысл он несет?

Употребление мяса в пищу было разрешено только после потопа, Ноаху и его сыновьям. Этто стало возможно после того, как земля была омыта водами потопа, и природа ее сделалась более возвышенной. Как уже отмечалось, Земля Израиля не была омыта водами потопа и осталась такой же, какой была. Выливание крови на землю играет ту же роль, что омовение водами потопа: очищает материальную природу земли. Поэтому употребление мяса становится возможно и в Земле Израиля, при условии, что кровь зарезанной скотины изливается на землю. Более того, здесь происходит присоединение к Земле Израиля новых земель, то есть, расширение границ Земли обетованной, и возникает необходимость подчеркнуть, что и в новых границах, а не только в старых, возможно зарезание скота ради употребления в пищу, при условии, что кровь выливается на землю.

Таким образом, запрет на употребление крови в пищу повторяется три раза, и на это существуют три разные причины. Во-первых, это необходимость пояснить, что запрещено не только употребление крови самой по себе, но и мяса вместе с кровью : «Но старайся не есть крови, ибо кровь есть душа; не ешь же души вместе с мясом» Во-вторых, говорится о запрете на кровь вместе с указанием, что ее надлежит вылить на землю, как воду, и это относится к Земле Израиля в ее новых границах. И в–третьих, кровь запрещено употреблять в пищу, чтобы не поддаваться влиянию свойств животной души, связанной с кровью, и не передавать эти качества характера детям ( как сказано, «дабы было хорошо тебе и детям твоим после тебя»).

Следует отметить, что всюду, где говорится о желании поесть мяса, приводится повеление вылить кровь на землю, — как напоминание о том, что необзуданный аппетит проистекает из животной природы человека, а животная душа не восходит на Небо, но возвращается в землю, откуда пришла.

«Только святыни твои, которые будут у тебя, и обеты твои возьми и приходи на то место, которое изберет Господь. И совершай всесожжения твои, мясо и кровь, на жертвеннике Господа, Бога твоего; кровь же (других) жертв твоих должна быть проливаема у жертвенника Господа, Бога твоего, а мясо ешь»

Несмотря на удаленность некоторых мест, заданную новыми границами, жертвы все равно следует приносить в скинию, даже тогда , когда Ковчег Завета  находится не в ней, а на переднем фронте военных действий (когда Израиль ведет войну, отвоевывая Землю, ковчег завета находится перед станом. Во времена Эли евреи были наказаны за то, что вынесли Ковчег Завета на линию военных действий, и он попал в руки врага, а это не была война с целью завоевания Земли Израиля, а всего лишь одна из войн  с филистимлянами внутри границ Земли Израиля).

Когда приносится жертва всесожжения, на жертвенник возносятся и плоть, и кровь: кровью окропляется жертвенник, и  вся жертва целиком возносится к Господу. Поэтому в этом случае и в случае других жертвоприношений кровь не выливается на землю, а переходит на более высокую ступень. Поэтому сказано: «Дабы хорошо было тебе и детям твоим после тебя вовек, делать будешь доброе и угодное пред очами Господа, Бога твоего», — «доброе», а не только «угодное», как в других местах, поскольку человек оказывает благодеяние приносимой в жертву скотине, поднимая ее душу на более высокую духовную ступень. Об этом свидетельствует прибавленное слово «вовек», чего не сказано о скотине, забиваемой для употребления в пищу, хотя и там тоже происходит соблюдение заповедей.

«Когда истребит Господь, Бог твой, народы, к которым ты идешь, чтобы изгнать их от себя, и ты изгонишь их, и поселишься в земле их, Остерегайся, чтобы ты не попал в сети, следуя им, по истреблении их от лица твоего, и не искал богов их, говоря: «как служат народы эти божествам своим, так буду делать и я». Не делай так Господу, Богу твоему; ибо все, чего гнушается Господь, что Он ненавидит, делали они божествам своим; ведь даже сыновей своих и дочерей своих сжигают они на огне божествам своим» (там, там, 29-31).

Это не предостережение против скатывания к идолопоклонству, ведь говорится о том, что это будет после истребления яязыческих народов. Вероятность того, что евреи  последуют примеру истребленных народов и станут поклоняться их языческим божествам,мала, ведь чего стоят эти боги, если они не смогли защитить свои народы от истребления? Однако Моше опасается, что народ Израиля будет перенимать формы языческих культов, и это наложит отпечаток на его служение Всевышнему. Даже если вам покажется, что язычники проявляли в своем служении великую самоотверженность, вплоть до того, что приносили в жертву своих детей, не подражайте им, ибо это мерзость в глазах Всевышнего. И сказано: «Все, что я заповедую вам, бережно исполняйте, не прибавляй к тому и не убавляй от того» — человек не выбирает форму служения, иначе получается, что он следует своей воле, а не воле Всевышнего, и это есть потакание своим желаниям, а не принятие на себя ига заповедей. Так поступали народы Ханаана, предаваясь мерзостям, привлекая колдовство и силы нечистоты, чтобы приблизиться к своим божествам. Убавление от заповедей является результатом потакания своим слабостям, а прибавление, как любое чрезмерное устрожение, часто приводит к противоположному результату. Таким образом, нарушая этот завет, человек ставит в центр не Всевышнего, а собственную волю и себя самого.

«Если восстанет в среде твоей пророк или сновидец и представит тебе знамение или чудо, И появится то знамение или чудо, о котором он говорил тебе, – чтобы сказать: «пойдем-ка за Богами иными, которых ты не знаешь, и будем служить им», – То не слушай слов пророка того или сновидца того, ибо испытывает вас Господь, Бог ваш, чтобы узнать, любите ли вы Господа, Бога вашего, всем сердцем вашим и всею душою вашею».

Здесь речь идет не о том, что лжепророк или сновидец сумеют совершить чудо или преодолеть законы природы с помощью сил святости, ведь ясно, что этого они недостойны, а о том, что они используют силы нечистоты, колдовство и т.п. (как египетские колдуны, которые сумели с помощью своих трюков превратить посох в змея), чтобы ввести евреев в заблуждение и подтолкнуть их к идолопоклонству.

Но ведь у нечистоты нет никакой самостоятельной силы, независимой от Всевышнего, почему же Он позволяет ей вводить в заблуждение народ Израиля, преодолевая законы природы? На это Тора отвечает, что это испытание, призванное проверить, насколько сильно, всем сердцем своим и всей душой своей, евреи любят Всевышнего. Потому что, когда человек любит всем сердцем и всей душой, он не станет слушать хулу о предмете своей любви, даже если это доказано и подкреплено чудесами и знамениями, он не даст ничему поколебать свою любовь.

Но если любовь обусловлена внешними обстоятельствами и неуверенна, даже легкий ветерок может ее поколебать.  Поэтому здесь говорится только о том, что лжепророк склоняет народ к идолопоклонству, а не к любым другим преступлениям. Оно относится главным образом к вере в то, что Господь Един, и никак невозможно, что отрицающий это пророк может говорить правду. И никакие показанные им чудеса и знамения не сравнятся с чудесами исхода, показавшими, что Всевышний Един и нет иного бога.

Но если порок призывает временно нарушить запрет, не нарушая при этом основ веры, например, как Элияу на горе Кармель, когда он приказал принести жертву Всевышнему вне Храма, чтобы доказать сомневающимся истинность Господа и лживость служителей Ваала, (интересно, что в нашем разделе о лжепророке говорится сразу же после запрета возносить жертвоприношения вне Храма), тогда этого пророка нужно слушаться, если он, как это было с Элияу, известен как истинный и доказанный пророк Господа.

Далее говорится о совратителе, который не является ни истинным, ни ложным пророком, не демонстрирует никаких чудес и знамений и действует не открыто и публично, но тайно, пытаясь повлиять на свое окружение, используя личные и семейные связи чтобы совратить ближних с пути служения Всевышнему.  

Про народы, населявшие Ханаан, сказано выше: «И истребишь ты все народы… да не пощадит их глаз твой» (Дварим 7). Здесь же речь идет о члене семьи, еврее, по отношению к которому нам куда труднее проявлять жесткость и безжалостность. Поэтому специально сказано: «Не соглашайся с ним и не слушай его; и да не пощадит его глаз твой, и не жалей и не прикрывай его». И так приказано отнестись к нему только за произнесенные им слова. Он еще ничего практически не сделал, ему еще не удалось на деле никого склонить к идолопоклонству, так же, как лжепророк еще не сумел совратить народ. Но его кара должна быть мера за меру – твой родич или близкий друг, который пытался использовать твои к нему чувства чтобы подтолкнуть тебя к идолопоклонству, и тем самым нанести вред твоей душе, да еще тайно, не желая подвергаться опасности самому, не достоин твоей жалости. Как он не пожалел твоей души, так и ты не жалей его.

«А весь Израиль услышит и убоится, и не станут более делать такого зла в среде твоей». Хотя речь идет лишь о словах, которые так и не привели к поступкам, Всевышний приравнивает это к реальным  действиям: «и не станут более делать такого»: мысли об идолопоклонстве равноценны действию.

Говоря о совращении и склонении к идолопоклонству, Тора приводит еще один пример подобного явления: совращенный город, «ир нидахат». В этот город приходят негодяи и склоняют всех жителей к идолопоклонству. Здесь, в отличие от двух предыдущих случаев, когда речь шла лишь о словах, не приведших к поступкам, злодеи сумели на деле совратить всех жителей города, так что те начали действительно служить идолам.

Интересно, что во всех трех случаях совращения – лжепророк, совратитель и совращенный город, сказано «пойдем и будем служить божествам иным, которых вы не знали». Подчеркнуто, что это – чужие божества, незнакомые и неизвестные народу Израиля. Совратители используют понятное человеческое любопытство и тягу ко всему новому. Евреи уже знакомы с местными идолами и отлично знают, что в них не ни силы ни истины, ведь они не сумели спасти тех, кто служил им, от руки народа Израиля. Но о новых, незнакомых божествах, евреи могут подумать, что возможно, они могли бы стать заменой Всевышнему, служение Которому требует тяжелой духовной работы и выполнения 613-и заповедей.  Это говорит об особом коварстве совратителей, которые пользуются человеческой слабостью чтобы заставить евреев предать Господа. 

Поэтому это и названо мерзостью: «Разыщи, исследуй и расспроси хорошо; и если это правда, верно это, – совершена мерзость сия в среде твоей, то перебей жителей того города острием меча; разгроми его и все, что в нем, и скот его острием меча. Всю же добычу его собери на средину площади его и сожги огнем город и всю добычу его всецело Господу, Богу твоему; и да будет он вечно грудою развалин, не должно никогда вновь созидать его».

Здесь, в отличие от двух предыдущих случаев совращения (лжепророк и соблазнитель), присутствует слово «совершена», потому что весь город действительно совершил грех идолопоклонства.  Поэтому в этом случае должны быть наказаны не только совратители, (как в двух предыдущих ситуациях), но и совращенные. Но совратителей казнят через побиение камнями (согласно трактату Санедрин 57а, мудрецы считают, что такова же казнь и для лжепророков и для тайных соблазнителей ближних), а совращенных, вина которых мене тяжкая, предают более легкой казни мечом.

«И да не прилипнет к руке твоей ничего из истребляемого, дабы укротил Господь ярость гнева Своего и оказал тебе милость, и помиловал тебя, и размножил тебя, как клялся Он отцам твоим, лишь бы слушался ты гласа Господа, Бога твоего, соблюдая все заповеди Его, которые я заповедую тебе ныне, делая угодное пред очами Господа, Бога твоего».

Так как речь идет о жестокой казни, есть опасение, что ее исполнители и сами научатся жестокости и потеряют естественное чувство жалости. Рабби Хаим бен Атар, автор комментария «Ор а-Хаим» следующим образом интерпретирует это место: «Это действие породит в человеческом сердце природную жестокость, как нам рассказали измаильтяне из секты тех, кто убивает по слову царя, что убивая человека, они испытывают к этому великую страсть, и корень жалости вовсе истреблен из их сердец, и они наполнились жестокостью». Чтобы избежать этой опасности, Всевышний обещает чудесным образом послать жалость в сердца тех, кто исполняет казнь над преступниками, несмотря на жестокость приговора, чтобы их природа оставалась милосердной (ведь сыны Израиля – милосердные, потомки милосердных). Это произойдет при условии, что верша суд над совращенным городом они будут слушаться только приказов Всевышнего, и стремиться единственно исполнить Его волю, без каких-либо личных мотивов, вроде присвоения добычи. Поэтому слова жалость – «рахам», «рейш-хет-мем» и «херем» — запрет (брать добычу), «хет-реш-мем», состоят из одних и тех же букв, только  в обратном порядке. То есть, это две стороны одной медали, запрет брать добычу, которого придерживаются во имя Небес, рождает жалость, милосердие, а жалость, противоречащая воле Небес, как милосердие к совратителю, напротив, породит жестокость, ведь милосердный к жестоким в конце концов будет жесток к милосердным.

Таким образом эта тема оказывается связана и с началом раздела, с запретом есть кровь животных, потому что известно, что употребление крови порождает в человеке жестокость (см. комментарий «Кли Йекар» к этому месту). С тем же самым связан запрет подражать способам служения идолам, принятые у ханаанских народов, при служении Всевышнему, потому что те совершали мерзость пред Господом, когда приносили своих сыновей и дочерей в жертву Молоху и сжигали их перед своими идолами. Здесь мы опять видим, что в язычестве заложена изначальная жестокость.

Теперь Тора говорит о том, что касается милосердия и, напротив, жестокости: «Сыны вы Господу, Богу вашему: не делайте на себе надрезов, и плеши не делайте над глазами своими по умершим; Ибо ты народ святой у Господа, Бога твоего, и тебя избрал Господь быть Ему особым народом из всех народов, которые на земле».

Хотя этот запрет уже упоминался в разделе «Кдошим» — «И царапин по умершем не делайте на теле вашем» (Ваикра 19) и в разделе «Эмор», среди заповедей, относящихся к священникам, — «да не делают они плеши на голове своей… и на теле своем да не делают надреза» (Ваикра 21), Моше повторяет запрет, на этот раз в связи с качествами милосердия и жестокости.

Потому что человеку запрещено проявлять жестокость и к себе самому, даже выражая скорбь по умершему, как это было принято в те времена среди всех окрестных народов, которые делали надрезы на руках, чтобы показать свое горе: «И стали они громко взывать, и царапали себя, по своему обыкновению, мечами и копьями, так что кровь лилась по ним» (Млахим 1, 18) и «И умрут в этой стране большие и малые, не будут они погребены, и не будут причитать по ним, и не станут ни царапать себя, ни делать себе плеши ради них» (Ирмияу 17). 

Но вы – сыновья Господа, Бога вашего, и даже если умер у вас кто-то из близких, у вас остается Отец Небесный, живущий вечно, Судья праведный, и нельзя слишком сильно горевать по умершим, потому что этим выражается сомнение в суде Всевышнего, забравшего вашего близкого.

Вы – народ Всевышнего, святой, избранный народ, и поэтому должен отличаться от других народов, которые расцарапывают себя и выбривают себе на голове плеши в знак скорби по умершим, тем более, что души умерших евреев попадают в лучший мир, а проявляя чрезмерные знаки скорби, ты показываешь, что не веришь в это.

Вы не такие, как другие народы, и так же, как священникам, служащим в Скинии запрещено уродовать себя, поскольку служители Бога должны выглядеть пристойно, весь народ Израиля, народ Божий, должен прилично выглядеть в глазах окружающих народов, без телесных повреждений и без самовредительства. 

Говоря о святости народа, теперь Моше разъясняет и законы, касающиеся запрещенной еды, хотя об этом уже говорилось  в разделе «Шмини» (см. наши подробные комментарии к этому разделу).

Поскольку мы говорили о милосердии и жестокости, Тора перечисляет здесь животных, мясо которых разрешено в пищу. Все они – жвачные, то есть по определению травоядные, а не плотоядные, так что употребляя их в пищу человек не рискует «заразиться» жестокостью, свойственной хищникам. Также и птицы, перечисленные в списке запрещенных в пищу, — плотоядные, питающиеся мясом других животных и птиц.

Мясо остальных птиц, которые питаются в основном растительной пищей, евреям разрешено есть. Так же и с рыбами. По-видимому, рыбам, имеющим чешую и плавники, не свойственна жестокость. Хотя и рыбы с чешуей и плавниками тоже, бывает, глотают других рыб, они не столь жестоки, как, например, акулы и другие морские хищники. Кроме того, рыбы живут в воде и их природа изначально мягче и не оказывает такого пагубного влияния на характер человека.   

В разделе «Шмини» не перечислены названия животных, разрешенных в пищу, а перечислены обязательные для них признаки: животное должно быть жвачным и с раздвоенными копытами. Здесь же перечислены названия кошерных животных, потому что народ вот-вот войдет в Страну, где встретит этих животных и должен будет их опознать: «бык, овца и коза, олень, газель и оленек, и козерог, и аддакс, и буйвол, и орикс» — всего трое домашних и семеро диких животных – опять число десять, разделенное на три и семь, по числу Сфирот – три связанных с разумом (хохма, бина и даат) и семь с качествами (хесед, гвура, тиферет, нецах, ход, есод и малхут).

Только трупы павших животных, душа которых вышла из земли в шестой день творения, оскверняют человека, который к ним прикасается и переносит: «Не ешьте никакой падали», потому что земля была проклята в результате первородного греха. Прикосновение же к подохшим рыбам или переноска их не оскверняют, потому что их души, сотворенный в пятый день творения, связан со стихией воды, а вода не была проклята, поэтому воды потопа очищают землю.

О птицах же в одном месте сказано, что они были созданы в пятый день на основании стихии воды: «И сотворил Бог … все существа … которыми воскишела вода, по роду их, и всех птиц крылатых по роду их» (Берешит 1), а в другом, что они были созданы из земли: «И образовал Господь Бог из земли всех животных полевых и всех птиц небесных» (Берешит 2). (См. в моей книге «Иглей Даат», где это противоречие объясняется подробно). 

Так что птицы занимают промежуточное положение: труп птицы не оскверняет при прикосновении и при переноске, но падаль птицы кошерного вида оскверняет человека, который кладет ее в рот, чтобы съесть. Мы учим это из стиха «И всякий, кто будет есть падаль или растерзанное зверем, туземец или пришелец, вымыть должен одежды свои и омыться водою, и нечист будет до вечера, а потом будет чист» (Ваикра 17). Мудрецы объясняют, что это касается только птиц разрешенных видов и только при еде, а не при прикосновении или переноске, как с животными, так как сказано «всякий, кто будет есть». В Танахе есть место, где прямо говорится о падали птиц кошерных видов: «Никакой падали и ничего растерзанного, будь то птица или скот, не должен есть священник» (Йехезкель 44).

Следует помнить, что до потопа всему человечеству было запрещено употреблять в пищу любое мясо – животных, птиц или рыб. Только после того, как земля была очищена водами потопа, а ее материальность смягчилась, человеку было разрешено есть мясо. Но Земля Израиля, не очищенная потопом, нуждается в народе Израиля, который не может, как другие народы, употреблять в пищу любое мясо, ему дозволено лишь мясо чистых видов, перечисленных в нашем разделе. Это особенно касается мяса хищных животных, в природе которых присутствует изначальная жестокость, и употребление их в пищу евреями затруднит выполнение их миссии по преодоленю материальности земли Израиля

Моше велит отдать падаль «пришельцу во вратах твоих», который обязался отказаться от идолопоклонства, но ест падаль и мясо растерзанных животных. С ним нужно быть милосердным и отдавать ему мясо павших животных, запрещенное евреям, бесплатно. Но чужеземцу такое мясо следует продать за деньги, потому что нет заповеди поддерживать его, так как он служит идолам (таково мнение рабби Йеуды в трактате Хуллин 113б).

Моше касается и запрета варить козленка в молоке матери его. Это запрет приводится здесь уже в третий раз. Тем не менее, Моше считает нужным вновь вернуться к нему – на сей раз в контексте работы над выработкой способности к жалости и снисхождению.  Человек ест мясо, чтобы укрепить свой организм. Однако при этом он обязан помнить о страдании животных и не варить козленка в молоке, выдоенном у его матери. Использование молока, которое должно было послужить взращиванию детеныша, для его варки, является высшим степенью издевательства над матерью. (Галаха расширяет этот запрет, распространяя его на всякое молоко, однако, как видно из Торы, в основе его лежит именно запрещение использовать молоко матери). Евреи – святой народ, посвященный Господу, и они должны быть снисходительны и сострадательны к Его творениям.

В начале раздела говорилось о необходимости принести вторую десятину урожая на место, которое будет избрано Господом. Теперь Писание подробно излагает законы второй десятины. Тораническое повеление второй десятины относится лишь к урожаю злаков, винограду и оливковому маслу («хлеба твоего, вина твоего и елея твоего«), однако мудрецы распространили эту обязанность и на прочие виды сельскохозяйственной продукции в стране Израиля. Это десятая часть урожая, оставшаяся после отделения первой десятины. Ее следует съесть в скинии, пред Господом. Цель этого состоит в том, «дабы научился ты бояться Господа, Бога твоего, во все дни«. Паломничество поможет евреям наглядно ощутить присутствие духовности, укрепит связь между простым народом, левитами и священниками, которая приведет к тому, что землепашцы и виноградари будут помнить о Боге и не погрязнут в мире материи, к чему подталкивают постоянные сельскохозяйственные работы.

Тора излагает возможность перенести святость второй десятины на серебро в том случае, если путь до скинии долог, а количество урожая велико. «Если же слишком длинна будет для тебя дорога, так что не сможешь ты нести этого, потому что далеко будет от тебя то место, которое изберет Господь Бог твой, дабы водворить там имя Свое… променяй это не серебро и возьми серебро в руку твою, и уходи на место, которое изберет Господь, Бог твой«. Здесь сказано «дабы водворить там имя Свое», — а не «дабы пребывало там имя Его», — что напоминает о начале раздела, повествующем о том времени, когда Господь расширит границы страны народа Израиля за пределы тех, что были указаны в разделе «Масаэй». Вторую десятину следует отделять и из урожая тех мест, а поскольку они далеки от центра, разрешается обменивать урожай десятины на серебро. Это серебро следует принести с собой к скинии и там купить на эти деньги мясо и плоды, чтобы съесть их всей семьей в радости пред Господом.

Контекст приведения этих законов – воспитание сострадания и милосердия – проявляется в их завершении: «И левита, который во вратах твоих, не оставляй, ибо нет у него участка и удела с тобою«. Следует всячески заботиться о бедняках. И в тот момент, когда паломники предстают пред Господом и вкушают от яств земли Израиля, им ни в коем случае нельзя забывать о тех, кто лишен земельных наделов, – поэтому требуется не только отдать левитам первую десятину – десятую часть урожая, — но и поделиться с ними второй десятиной, которую едят у скинии.

Та же логика изложения стоит за приведением здесь предписания: «К концу трех лет выноси всякую десятину плодов твоих того года и клади во вратах твоих«: следует отдать первую десятину — левиту, десятину бедняка (заменяющую вторую десятину в третий и шестой годы после субботнего года) – чужеземцу, сироте и вдове. Десятину бедняка не надо приносить к скинии, ее отдают бедным, «что во вратах твоих». Писание подчеркивает, что выполнение этих заповедей, способность поделиться благами с теми, кто их лишен, в конечном счете, послужит укреплению материального благосостояния: «Дабы благословил тебя Господь, Бог твой, во всяком деле рук твоих, за которое возьмешься«. И сказано также: «Принесите всю десятину в дом сокровищ. И будет она пищей в доме Моем; и испытайте Меня этим – сказал Господь Воинств. Разве не открою вам окна небесные и не изолью на вас благословение без всякой меры?» (Мелахи, 3:10-11).

В контексте направленности на воспитание милосердия понятен переход Торы к заповеди о седьмом годе. Эти законы уже приводились в Торе, но тут не излагаются галахические правила запрета обработки земли, а приводится требование аннулирования долгов, закладывающее, наряду с другими приводимыми здесь законами, основы социальной защиты малообеспеченных членов общества,: «Всякий заимодавец, который даст в долг ближнему своему, да простит и не взыскивает долг с ближнего своего и с брата своего, ибо провозглашено прощение во имя Господа«.

Если ты будешь поступать так каждый седьмой год, Господь устроит так, что «не будет у тебя нищего, ибо благословит тебя Господь на той земле, которую Господь, Бог твой дает тебе в удел… И ты будешь давать взаймы многим народам, а сам не будешь давать взаймы. И будешь ты властвовать над многими народами, у них же не будет власти над тобой«. Однако несоблюдение законов седьмого года приведет к прямо обратному результату, что выражено в проклятиях раздела «Бехукотай», в центре которых стоит тема седьмого года (как мы писали в комментарии к этому разделу, там речь идет о вавилонском изгнании, продолжавшемуся семьдесят лет, по числе субботних годов, которые не был соблюдены евреями)

Тора особо предостерегает, что аннулирование долгов в седьмой год не должно удерживать состоятельных людей от предоставления ссуд: «Остерегайся, тобы не было в сердце твоем злого умысла, чтобы ты не подумал: «приближается седьмой год, год прощения», — и зло посмотрит око твое на нищего брата твоего, и ты не дашь ему, и возопиет он на тебя Господу, и будет на тебе грех. Непременно подай ему и да не страшится сердце твое, когда ты даешь ему, ибо за то благословит тебя Господь, Бог твой, во всяком деле твоем и во всяком начинании руки твоей… Непременно раскрой руку брату твоему и бедняку твоему, и нищему твоему в земле твоей«. Здесь налицо разные категории людей: брат, который нуждается в ссуде, хотя он и не бедняк; обычный бедняк; нищий, по поводу которого существует опасение, что он не сможет вернуть ссуду. Всем им предписано давать в долг.

После установления законов, обеспечивающих социальную защиту необеспеченным слоям населения, Писание переходит к людям, стоящим наиболее низко на социальной лестнице в народе Израиля – к рабам. Законы о еврейских рабах подробно излагались в разделе «Мишпатим»; здесь же подчеркивается право рабов на социальную защиту, причем обязанности хозяина по отношению к рабу не исчерпываются только периодом рабства: «Когда же будешь отпускать его на свободу, не отсылай его с пустыми руками. Наделить должен ты его из скота твоего, от гумна твоего и от давильни твоей, чем благословил тебя Господь. И помни, что рабом был ты в земле Египетской и искупил тебя Господь, Бог твой; потому я заповедую тебе это ныне«.

Когда евреи выходили из Египта, Господь в изобилии предоставил им средства к существованию: помог им обрести милость в глазах египтян, которые наделили их всем необходимым, золотой и серебряной утварью и одеждой, питал их в пустыне манной, ниспосылал воду.  Подобно этому, хозяин, отпускающий на волю раба, работавшего на него вдвое больше времени, чем наемный работник (ведь раб находится в распоряжении хозяина во все время суток), должен щедро наделить ему всем необходимым для начала новой жизни. Если же раб предпочитает жизнь  в рабстве, предусмотрена специальная процедура, которая оставит его «рабом твоим навек». Для многих свобода – это слишком тяжкое бремя, и они предпочитают стабильность и отсутствие резких перемен.

«Все первородное, что родится от крупного и мелкого скота твоего самцом, посвящай Господу, Богу твоему; не работай на первородном быке твоем и не стриги первородного из мелкого скота твоего. Пред Господом. Богом твоим, съедай его ежегодно на месте, которое изберет Господь, ты и семейство твое. Если же будет он с пороком, хромой или слепой, вообще с пороком дурным, то не приноси его в жертву Господу, Богу твоему. Во вратах твоих можешь ты есть его; нечистый, как и чистый, как газель и как оленя. Только крови его не ешь, не землю выливай ее, как воду«.

Писание уже излагало законы о первородном из скота. Первородное из скота – это единственная жертва, которая свята с рождения. Владелец скота не дает обет принести ее в жертву; таким образом, слово «посвящай» означает не принесение обета, а отделение: ввиду того, что это животное с рождения посвящено особой цели его следует отделить от прочих животных стада. Поскольку оно свято, нельзя работать на нем, пользоваться его шерстью и извлекать из него какую бы то ни было пользу. Это животное должно быть отдано священнику, который принесет его в жертву в скинии и сам вкусит от его мяса.

При этом, основная причина приведения этого закона здесь – правила, относящиеся к животному, которое не может быть принесено в жертву из-за изъяна. Такое животное может быть зарезано в любом месте, его мясо может быть съедено и в состоянии ритуальной нечистоты, как мясо обычного животного, несмотря на его изначальную святость. Изъян переводит животное из сакрального состояния в сферу профанного, и Писание, устраняя возможные сомнения, указывает, что, хотя изначально его кровь должна была окропить алтарь скинии, теперь надлежит пролить ее на землю – как то происходит со всеми животными, забиваемыми в пищу.  В этих законах также налицо социальный аспект: мясо первородного из скота предназначено священникам, лишенным земельных участков, и потому общество должно предоставлять им средства пропитания.

Раздел завершается рассказом о трех праздниках паломничества. Связанные с ними законы уже не раз излагались в Торе, тем не менее, они упомянуты здесь еще раз как продолжение темы выбора Господом святого места, предназначенного для служения Ему. Господь устанавливает время, место и характер служения, и народ Израиля принимает Его волю, в отличие от язычников, которые сами устанавливают сакральные ритуалы и хронотоп.

«И радуйся пред Господом, Богом твоим, ты и сын твой, дочь твоя, и раб твой. И рабыня твоя, и левит, который во вратах твоих, и чужеземец, и сирота, и вдова, которые в среде твоей, на месте, которое изберет Господь, дабы пребывало там имя Его«.  Это сказано применительно к праздникам Шавуот и Суккот, — но относится и к празднику Песах, в изложении законов последнего здесь особо сделан акцент на пасхальном жертвоприношении. Его осуществляют «на том месте, которое изберет Господь, Бог твой, и там же должна быть съедена жертва, в пасхальной трапезе принимают участие и бедняки. Прочие упомянутые здесь пасхальные законы: заповедь есть опресноки и запрет квасного, запрещение оставлять от мяса жертвы, повеление о собрании в седьмой день – связаны с темой праздничной пищи и радости пред Господом, в которой участвует весь народ, мужчины, женщины и дети.

В рассказе о праздниках Шавуот и Суккот опущены законы праздничных жертвоприношений и запрещения работы; ничего не сказано также о возведении шалаша и четырех видах растений, о запрете на работу в дни праздника. Все изложение подчинено одной центральной теме – теме радости праздника, которую должен разделить весь народ. Отсюда проистекают семейные празднования этих дней, а также обязанность заботиться о бедняках, чтобы  и они могли вкусить от мирных жертв. Здесь повторяется оборот « на месте, которое изберет Господь, дабы пребывало там имя Его «. Писание говорит о той эпохе, которая наступит после четырнадцатилетней войны за завоевание страны Израиля и разделения земли, когда скиния будет установлено в Шило, а колена расселятся по предназначенным для них краям. Всему народу предписано трижды в год собираться у скинии, оставив в стороне материальные хлопоты, заботиться о левитах и бедняках, проникнуться особой атмосферой духовного центра страны, изучать Тору из уст священников и левитов, дабы не забыть о своей миссии в этой стране: освящении материальности земли посредством Торы.

Поэтому сказано – «Три раза в году да явятся у тебя все мужчины пред Господом, Богом твоего, на место, которое Он изберет: в праздник опресноков и в праздник седмиц, и в праздник кущей; но пусть не являются пред лицо Господа с пустыми руками – каждый пусть принесет по дару своей руки, по благословению Господа, Бога твоего, какое Он дал тебе».

Оборот «с пустыми руками» здесь намекает на заповедь вознаградить раба-еврея, выходящего на свободу, так как там используется такое же словосочетание: «Когда же будешь отпускать его от себя на свободу, не отпускай его с пустыми руками. Наделить должен ты его».

В нашем разделе шестнадцать раз встречается выражение «на место, которое Он изберет…». Оно показывает наличие связи с началом этой главы, где говорилось о двух местах в земле Израиля – о горах Гризим и Эйваль, с которых надо было произнести благословение и проклятье. Затем Тора отмечает, что необходимо полностью уничтожить все те места, где другие народы служили своим божествам. Другие народы освящают места для службы своим божествам по собственному выбору. В отличие от них, у Израиля есть только одно место, избранное для службы Богу. Ведь миру не вместить в себя Бога, Бог же вмещает все сущее, поэтому Он устанавливает локальные рамки святости и освящает избранные Им места. А языческие божества освящаются местом, потому что они лишены подлинного существования. И как Всевышний освящает место, где особенно сказывается Его присутствие, так же и еврейский народ должен освятить все места в земле Израиля посредством заповедей, исполняемых только на этой земле. Прежде всего это заповеди о передаче части урожая бедным и левитам и об обязанности съедать, с соблюдением законов Торы, выросшее на этой земле в месте, избранном Б-гом (в случае, если это часть урожая, обладающая святостью) или в любом другом месте (если это часть урожая, не обладающая святостью). Такая еда задним числом освящает землю, на которой вырос этот урожай. Это также помогает нам быть милосердными и творить добро, несмотря на наличие [среди заповедей, исполняемых только на этой земле], заповеди уничтожить город, где большинство жителей стали идолопоклонниками, и не жалеть человека, подстрекающего и подговаривающего других поклоняться идолам, потому что за исполнение этих заповедей Бог оказывает нам милость.

«В месте, которое изберет Господь» — в конечном итоге, после Гилгаля, Шило, Нова и Гивона, Иерусалим будет на горе Мория, там, где после испытания несостоявшимся жертвоприношением Ицхака «нарек Авраам имя тому месту — Господь усмотрит (יראה).  Посему ныне говорится: на горе Господней усмотрится (יראה)». (Берешит, 22). Это перекликается с названием нашей главы, многократно говорящей о месте, которое изберет Господь. Название главы «Смотри» (ראה) намекает на название места, которое в конце концов будет избрано Богом, чтобы утвердить там Своё имя – это гора Мория, называемая «Господь усмотрит» (יראה).

Наша глава начинается со слова «Смотри» (ראה) и заканчивается словами «Три раза в году да явятся (יראה) у тебя все мужчины пред Господом, Богом твоего, на место, которое Он изберет… но пусть не являются (יראה) пред лицо Господа с пустыми руками…». Эти слова намекают на название места, избранного Б-гом – «Господь усмотрит (יראה)».

Интересно, что раздел, где рассказывается о несостоявшемся жертвоприношении Ицхака, благодаря которому освятилась гора Мория, называется словом «И явился» (וירא), а наша глава, в которой это место становится избранным для присутствия имени Бога, называется однокоренным с ним словом «Смотри» (ראה). И так же пишется название единственной нечистой птицы, добавленной в этом разделе к перечню нечистых птиц в разделе «Шмини» — это птица Раа (ראה). И при описании попытки жертвоприношения Ицхака несколько раз употребляются сходные по написанию слова – «На третий день возвел Авраам очи свои и увидел (וירא) то место издалека… И сказал Авраам: Бог усмотрит (יראה) Себе агнца для всесожжения… ибо теперь Я узнал, что боишься (ירא) ты Бога… И возвел Авраам очи свои, и увидел (וירא): и вот, баран… И нарек Авраам имя месту тому — Господь усмотрит (יראה)…  на горе Господней усмотрится (יראה)» (Берешит, 22).

Весь смысл нашей главы сосредоточен в словах: «И увидел то место издалека», потому что избрание Богом места, где Он будет пребывать, должно было произойти в далеком будущем. Авраам увидел это место издали, благодаря духовному зрению. И Моше в разделе «Вээтханан» сказал: «Дай перейду я и увижу (ואראה) … эту гору прекрасную и Леванон» (Дварим, 3). Моше также увидел издали место, которое в далеком будущем должно было стать местом, избранным Богом – «эту гору прекрасную и Леванон», то есть гору Мория и Храм, называемый «Леванон» в соответствии со стихом «Открой, Леванон, двери твои, и пожрет огонь кедры твои» (Захария, 11), как написано в трактате Йома, 39б.

В этом заключается сущность иудаизма: увидеть это место издали. То есть, не смотреть только на настоящее и не жить только им, а стремиться в будущее, к тому месту, которое изберет Господь. Стараться достичь самых удаленных духовных рубежей. Поставить перед собой высокую цель и идти к ней, даже если она далека и труднодостижима. И думать о том, к чему я приду в конце жизни, каким я предстану в глазах Всевышнего, когда покину этот мир, праведником или грешником. Когда вдали виден пункт назначения, совершенно очевидно в каком направлении надо двигаться, чтобы добраться до него. А когда цель не различима, можно всю жизнь ходить вокруг нее кругами и никогда к ней не прийти. В вопросах же материального благосостояния, следует полагаться на Всевышнего. И такой ответ Авраам дал своему сыну — «Бог усмотрит Себе агнца» — пусть тебя это не слишком заботит. Как Всевышний заботится о птице Раа, парящей в небесных высях и издали видящей добычу, так же и тебе Он даст пропитание после небольших усилий, приложенных с твоей стороны. Но только ты сам можешь направить свой взор к высокой духовной цели и постараться её достичь.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *